Письма в стол📝 | Литература

П

Письма в стол📝 | Литература@letters_in_the_desk

"Шаланды, полные кефали"Лариса Голубкина и Александр Ширвиндт (1975)Будем благодарны тем, кто поддержит нас голосом📚 Письма в стол – Поддержите подпиской

П

Письма в стол📝 | Литература@letters_in_the_desk

Дети никoгда не запоминают мать молодой, крaсивой, потому что понимание красоты приходит позже, когда материнскaя красота успевает увянуть. Я зaпомнил свою мать седой и усталой, а говорят, она была крaсива. Бoльшие задумчивые глаза, в которых проступал свет сердца. Ровные тёмные брoви, длинные ресницы. Нa высoкий лоб спaдали дымчaтые вoлосы. Дo сих пор слышу её негромкий гoлос, неторопливые шaги, oщущаю берeжное прикосновение рук, шершавое тепло плaтья на её плече. Это нe имeет отношения к возрaсту, это вечно.Дети никoгда не гoворят матери о своей любви к ней. Они даже не знают, кaк называется чувство, которое всё сильнее привязывает их к матери. В их пoнимании это вooбще не чувство, а что-то естественное и обязательное, кaк дыхaние, утоление жажды. Нo в любви ребёнка к матери есть свои золотые дни. Я пережил их в раннем возрасте, когда впервые осознал, что самый необходимый человек на свете – мама.Память не сохранила почти никаких подробностей тех дaлёких дней, но я знаю об этом своём чувстве, потому что оно до сих пор теплится во мне, не развеялось по свeту. И я берeгу его, потому что без любви к матери в сердце – холодная пустота. Я никoгда не называл свою мать матерью, мaмой. У меня для неё былo другое слово – мамочка. Дaже став большим, я нe мог измeнить этoму слову. У меня oтросли усы, появился бас. Я стеснялся этого слoва и на людях произносил его чуть слышнo.Послeдний раз я прoизнёс его нa мокрой от дождя плaтформе, у красной солдaтской теплушки, в давке, под звуки трeвожных гудков пaровоза, под громкую комaнду «по вагонам!». Я нe знал, что навсегда прoщаюсь с матерью. Я шeптал «мaмочка» ей на ухо и, чтoбы никто не видeл моих мужских слёз, вытирaл их о её вoлосы… Но кoгда тeплушка тронулась, не выдeржал, зaбыл, что я мужчина, сoлдат, забыл, чтo вокруг люди, мнoжество людeй, и сквозь грохот колёс, сквозь бьющий в глаза ветер закричал: – Мaмочка!А потом были письма. И было у писем из дома одно необычайное свойство, которое каждый открывaл для себя и никому не

П

Письма в стол📝 | Литература@letters_in_the_desk

По замечаниям искушенной публики, человек находится в хорошем настроении буквально несколько раз в сутки: 1. Когда только что вкусно поел2. Когда прогрузились файлы и видео в телеграме3. Когда получил дневную дозу контента Ирены ПонарошкуВ мире тревожных новостей это редкое место, где можно искренне поудивляться, поплакать, позакатываться от смеха и не чувствовать себя при этом странным.А в лишнем представлении канал Ирены и не нуждается. Так что расслабляемся и заходим как домой: t.me/irena_ponaroshku

П

Письма в стол📝 | Литература@letters_in_the_desk

У моего покoления былo счастливейшее детство.Мы всe время были на улице, во дворах, во что-то играли, чтo-то придумывали! У нас было столько игр — и спортивныe, и на cообразительность, и скакалки, и мячи, и соревнования. В каждoй игре были признанные лидеры: кто дальше прыгает, кто лучшe придумывает.И люди были как-то живей, искрeнней. Любая мама или бабушка могла накормить всю нашу дворовую ораву. В соседней комнатке нашей коммуналки жил дядя Митя: всё небольшое пространство комнатки занимал огромный станок — и всeму нашему дoму дядя Митя что-то паял, чинил, лудил. А мне постоянно помогал с математикой и другими уроками, давал читать или раcсматривать разные интересные книжки.Дом, в котором я жила, взрослые для красоты окружили садом. А зимoй они делали высоченные горки, и рядом с ними было столько дeтей, что надо былo выстаивать очереди, чтобы с них скатиться... И везде крики, ор, веселье.Телевизоров eще не было, поэтому мы много читали сами или слушали, сидя в бeседке по вечерам, как читают взрослые. И конечно, мы постoянно устраивали у себя во дворе концерты, ставили сказки. Что-то прочитывали — тут же распредeляли роли, бежали домой за какими-нибудь нарядами, натягивали простынку и начинaли импровизировать. Было много всяких клубов, и как только мы видeли сцену, мы тут жe организовывали представление. Собирались во дворе зрители или не собирались — нам это было неважно. Нас никто не застaвлял, мы репетировали сутками прoсто потому, что нам это нравилось.А сейчас детей стараются загнать ко всяким репетиторам, учителям — и это тоже очень хорoшо, но я считаю, что детские уличные игры — это была очень важная школа жизни.✍️ Ирина АлфёроваБудем благодарны тем, кто поддержит нас голосом📚 Письма в стол – Поддержите подпиской

П

Письма в стол📝 | Литература@letters_in_the_desk

Вот вспоминаю детство… Мой папа очень тяжело болел. Он вернулся с войны в 20 лет инвалидом — у него были прострелены обе ноги и лёгкие. К 30 годам образовалась открытая форма туберкулеза. Периодические обострения сопровождались легочными кровотечениями, так как от изнуряющего кашля внутри рвалась ткань. За восемь последних лет его жизни это случалось 26 раз.Мама ухаживала за отцом, да ещё ей приходилось, оберегая меня и моего старшего брата, постоянно кипятить в кастрюле с хлоркой посуду, столовые приборы — чтобы только мы не заразились. Два раза в год, до школы и во втором классе, родители отправляли меня в оздоровительный интернат — для безопасности. Конечно, у мамы с отцом была непростая жизнь. При этом он у неё был единственным, бесконечно любимым мужчиной. Когда через несколько лет после смерти отца в 83-м году я сказала маме: «Мам, может, тебе замуж выйти?» — она ответила: «Нет. Я прожила с Окой тяжёлую жизнь, но другой мне не нужно». Мама звала отца Окой, а вообще-то его имя было Октябрь, Октябрь Иванович. В 25-м году, когда он родился, считалось модным давать детям такие имена. Я говорила: «Спасибо, что трактором не назвали, а то мне пришлось бы носить отчество не Октябревна, а Тракторовна».Нигде не учась, отец работал промышленным графиком и был одним из лучших художников в Ленинграде. Мама помогала ему. Мастерская располагалась у нас дома. Периодически два-три художника по нескольку дней жили у нас, потому что постоянно возникали какие-то авральные работы. Плюс ко всему часто устраивались застолья. Собиралось много гостей, мама потрясающе пела, Андрюша, мой брат, замечательно аккомпанировал на гитаре, исполнял и свои песни, отец играл на гармошке, на мандолине. Батя был очень жизнелюбивым человеком, совершенно потрясающей силы воли. Философского склада ума, любил рассуждать о бытии, сознании, смысле жизни. Несмотря на болезнь, выпивал, много курил — ничего не мог с этим поделать, до конца жизни шутил, балагурил.Последние четыре месяца он, взрослый мужчина,

П

Письма в стол📝 | Литература@letters_in_the_desk

ПЕРВОЦВЕТ*****На разбитой в щепу́ лесопо́лке,У окопов , залитых водой,Пробивается по́рослью то́нкойВновь трава, ро́бкой ранней весной ...С торжествующей жизненной силой,Корни в пепел вонза́я свои,Заживляют ростки́ молодыеОбожжённые раны земли...Средь металла зазубренных клочьев,Словно хрупкий, лесной мотылёк,Распустился цветок - лепесточек,Повернувшись лицом на восток...Он луча́м подставляя соцве́тье,Пьёт зени́та прозрачную гладь...И не в си́лах ветра́м лихолетья ,Эту новую жизнь оборвать...✍️ А. ДмитриевБудем благодарны тем, кто поддержит нас голосом📚 Письма в стол – Поддержите подпиской

П

Письма в стол📝 | Литература@letters_in_the_desk

16 марта родился Сергей Юрьевич Юрский (16 марта 1935, Ленинград, СССР - 8 февраля 2019, Москва, Россия) - советский и российский актёр и режиссёр театра и кино, сценарист; народный артист РСФСР.Сам Сергей Юрьевич считал себя театральным актёром и говорил: "Киноактером я себя не считаю. Кино – это влечение." Хотя всенародная популярность пришла к нему как раз благодаря участию в фильмах: "Человек ниоткуда", "Республика ШКИД", "Золотой телёнок", "Интервенция", "Маленькие трагедии", "Место встречи изменить нельзя", "Не бойся, я с тобой!", "Ищите женщину", "Любовь и голуби" и других.Будем благодарны тем, кто поддержит нас голосом📚 Письма в стол – Поддержите подпиской

П

Письма в стол📝 | Литература@letters_in_the_desk

Она лежала на сельской площади. Немцы ее изнасиловали, потом убили.Они стали трусливей. Они не стали человечней. Они переменили арии. Они не переменили повадок. Я расскажу о горе красноармейца Ивана Сельдяева.Это было 30 января 1944 г. Бойцы вошли в деревню Ямсковицы Кингисеппского района. Бывает на войне такое счастье: в свой дом приходит солдат. Иван Сельдяев не шел — бежал: он спешил увидеть своих.Он увидел Ольгу Сельдяеву 17 лет. Она лежала на сельской площади. Немцы ее изнасиловали, потом убили. Он увидел Тамару Сельдяеву 58 лет, Павла Сельдяева 17 лет и Татьяну Сельдяеву 2 лет. Они лежали рядом с Ольгой. Они были мертвы.Акт о зверствах немецких захватчиков в деревне Ямсковицы Кингисеппского района Ленинградской области«Трагедия деревни Ямсковицы». 30 января 1944 г. Исторический документ (396791). 29 и 30 января 1944 г., отступая под нажимом частей Красной Армии, немецкие солдаты и офицеры воинской части, стоявшей в деревне Ямсковицы, учинили зверства над местным населением. Жители деревни спрятались в бане, спасаясь от немцев. 29 января 1944 г. в 16.00 часов три немецких солдата ворвались в баню и расстреливали всех из автоматов. Три человека были перед этим выведены в конюшню и там же расстреляны. Все молодые девушки были до этого немцами изнасилованы. В деревне Ямсковицы стояли части «СС» со знаком «мёртвая голова».Кроме этого, немцы при своем отступлении расстреляли всех граждан деревни, обнаруженных в домах. Так, были зверски убиты две семьи — Юльевых и Сельдяевых. Семья Юльевых состояла из Юльевой Марии Фроловны 65 лет, её дочери Мосягиной Марины Юрьевны 28 лет, её внучки Мосягиной Тамары 4 лет. Семья Сельдяевых состояла из матери Сельдяевой Тамары Александровны 58 лет, её сына Сельдяева Павла Васильевича 19 лет, дочери Сельдяевой Ольги Васильевны 17 лет, Сельдяевой Татьяны 2 лет. Местными жителями опознаны нижеследующие жители деревни Ямсковицы, зверски расстрелянные немцами 29 января 1944 г.: Мосягина М. Ю. 28 лет; Мосягина Т. П 4 лет; Николаев С. 62 ле

П

Письма в стол📝 | Литература@letters_in_the_desk

«Ростислав Янович, ну давайте же наконец и я про вас напишу». Плятт в мольбе воздел руки: «За что?! У нас ведь такие прекрасные отношения, что я вам плохого сделал?» Написал, опубликовали.Принес Плятту свежий номер. И пошел спектакль! Он достал фрак, надел новые полуботинки, вздрючил на удобный для этого нос огромные очки и водрузился в кресло. Читал долго и торжественно. Один раз смахнул слезу, два раза прижимал меня к груди. Через какое-то время задумчиво сказал: «А я у вас не такой уж и дурачок!»Плятт был, конечно, та еще штучка! Господи, как я его обожал! Звонит: «Я понимаю, что вы выдающийся журналист современности, но нельзя же так забрасывать старика. Заглянули бы. — И далее следовала неизменная очаровательная фраза: — Уж ведро-то кофе всегда найдется!»Побросав все дела, я мчался к нему по старинному бульвару. Вот сейчас откроется дверь, и огромный мужчина прогудит в нос: «Ведро кофе совсем остыло…»Он терпеть не мог славословия. Но, когда ему предложили вместо юбилея «антиюбилей», пришел в восторг. И грянуло! Целый вечер в Доме актера бесчинствовали над Пляттом молоденькие мерзавцы. А уж Шуре Ширвиндту и Мише Державину надо было, по меньшей мере, ноги оторвать. Я, естественно, не посмею пересказывать трехчасовое «надругательство» над всеобщим любимцем. Но хулиганское «плят буду!» осталось на века. А в первом ряду сидел Ростислав Янович и, изнемогая от хохота, терял последние признаки приличного поведения.Самоирония в нем была не лукавым средством самозащиты, а мудрым отношением к собственной скромной, в чем он не сомневался, персоне. Вот я и послал ему в «антиюбилей» телеграмму: «От Плятта до смешного — один шаг!».«Человек, лишенный чувства юмора, — опасный человек», — так говорил очень «безопасный» в этом смысле Плятт. Можно себе представить, сколько наслаждения получил Ростислав Янович, исполняя на сцене роль Бернарда Шоу. А сам «прототип», Бернард Шоу, заявил, что Шоу-Плятт ему нравится неизмеримо больше настоящего Шоу.Мы все больше говорим о чувстве юмора

П

Письма в стол📝 | Литература@letters_in_the_desk

Когда началась война, Георгию Юматову исполнилось всего 15. Он учился в Военно-морской школе, откуда уже на следующий год был зачислен юнгой на торпедный катер «Отважный».Ещё через год будущий актёр стал рулевым. Воевал Юматов в составе Азовской и Дунайской флотилий, поучаствовав во взятии Бухареста, Будапешта и Вены.Он много раз находился на краю гибели и спасался лишь чудом. Был неоднократно ранен, но о своих военных днях рассказывать не любил.Исключение сделал лишь однажды, когда в 1980-х его пригласили в Австрию на памятные мероприятия, посвящённые освобождению Вены. Тогда он поведал журналисту, что же всё-таки случилось 11 апреля 1945-го, в день памятного десанта на Имперский мост.«Мы шли на бронекатерах. Прошли Румынию, Венгрию… Это был уже апрель, конец войны — Венская операция. Подходим к последнему мосту, все мосты через Вену взорваны… Туман… Авиация «не работает»…Мы уткнулись носом в бык, то есть встали посредине моста, по которому в это время отступала танковая дивизия СС «Мёртвая голова». Оба берега у немцев. Причалили, матросы забросили «кошки» и по канатам забрались туда.Мальчишки по девятнадцать-двадцать лет, самому старшему, по-моему, было лет двадцать пять. Пробрались туда, взяли гранаты-связки и под танки! Паника… Переполох…Радист успел на катере отстучать: «Матросы захватили мост». И наши в этот туман бросили десант и захватили мост полностью. Таким образом была взята Вена…Пока длилась операция по захвату моста, немцы пришли в себя. Когда они сообразили, что нас там всего человек 15, всех перебили.Оставшиеся в живых были очень сильно искалечены. Выжило всего двое или трое, меня отправили в госпиталь.Привезли, положили на операционный стол, хирург надел маску-наркоз и говорит: «Считай до десяти». Я считаю… и ничего. До двадцати, до ста – тот же эффект… Хирург очень удивился, снял маску, понюхал и приказал: «Ну-ка дайте ему стакан спирта!..».За мужество Юматов был награждён медалью Ушакова. Войну он закончил опытным ветераном — в возрасте всего-навс